Судебная практика

Сам по себе переезд за границу дает основание для увольнения дистанционного работника

Дата публикации

Документ

Определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 21.11.2024 № 88-29277/2024

Комментарий

Одним из специальных условий увольнения дистанционного работника является изменение местности выполнения трудовой функции, если это влечет невозможность исполнения работником трудовых обязанностей на прежних условиях (ч. 2 ст. 312.8 ТК РФ). Из буквального толкования нормы не следует, что работника можно уволить за сам факт переезда. Однако судьи Второго КСОЮ признали законным увольнение дистанционного работника, который переехал в Канаду.

Основанием для возникновения спора стали следующие обстоятельства. Работодатель и работник заключили временное соглашение о дистанционной работе. В соглашении было указано, что обязанности исполняются вне места нахождения работодателя (г. Пермь) по адресу места жительства работника или в любом месте по его усмотрению. Также стороны согласовали порядок взаимодействия в интернете, по корпоративной электронной почте, использования работником при исполнении должностных обязанностей удаленного доступа к терминальному серверу (виртуальное рабочее место, предоставленное работодателем) и технических средств компании.

Работник переехал за границу. Организация произвела увольнение по ч. 2 ст. 312.8 ТК РФ в связи с тем, что работник не сообщил о смене места исполнения трудовой функции с Российской Федерации на Канаду, что влечет невозможность исполнения обязанностей по трудовому договору на прежних условиях.

Уволенный сотрудник обратился в суд, и первая инстанция признала увольнение незаконным в связи с тем, что работодатель не доказал невозможность исполнения трудовой функции после переезда.

Однако апелляционная инстанция отменила это решение, а Второй КСОЮ определением от 21.11.2024 № 88-29277/2024 подтвердил законность ее выводов.

Как указали суды, место выполнения трудовой функции в условиях дистанционной работы является существенным условием трудового договора. Из рассматриваемого трудового договора с работником следует, что это место определено как место жительства. Местом жительства гражданина признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает (ст. 20 ГК РФ). В ст. 2 Закона РФ от 25.06.1993 № 5242-1 указано, что местом жительства является жилой дом, квартира, комната, жилое помещение специализированного жилищного фонда либо иное жилое помещение, в которых гражданин постоянно или преимущественно проживает на законных основаниях и в которых он зарегистрирован по месту жительства. Исходя из этого, судьи пришли к выводу о том, что местом исполнения трудовой функции работника является город регистрации по месту жительства (Москва).

Кардинальное изменение работником места выполнения трудовой функции с территории Российской Федерации на территорию Канады является поводом для прекращения трудового договора по основанию, указанному в ст. 312.8 ТК РФ.

Судьи отметили, что при нарушении работником существенного условия трудового договора к исключительной компетенции работодателя относится решение вопроса о продолжении трудовых отношений. Именно поэтому работодатель не должен дополнительно доказывать невозможность исполнения работником трудовой функции.

Кроме того, судьи отметили, что работник не опроверг доводы работодателя о том, что не известил его о выезде за пределы РФ, а также не использовал при исполнении должностных обязанностей удаленный доступ к терминалу сервиса в течение рабочего времени и не имел намерения вернуться в Россию для продолжения трудовых отношений. Все это, по мнению суда, свидетельствует о признаках недобросовестного поведения работника в спорных отношениях с работодателем.

При этом судьи отклонили доводы кассационной жалобы о том, что до увольнения работника ни трудовой договор, ни локальные нормативные акты не содержали запрет на работу из-за границы. Работодатель знал о переезде работника, но не уведомлял работника о невозможности работать из-за границы. При этом работник использовал для работы терминальный сервер, а само по себе неиспользование системы доступа к виртуальному рабочему месту не может указывать на ненадлежащее исполнение им должностных обязанностей.